+7 (495) 995-76-43
Русский English
ру | en

Мы детей не выбирали

Автор: Вестфалл Маргарита

Ольга и Александр вместе 11 лет, в фонде «Арифметика добра» занимаются в группе «Ресурсные родители». Сегодня мы расскажем об их семье, где каждый ребенок нашел свое место и получил самое важное – любовь и принятие.

«Было лето 2014 года, июль. Мы были на даче и моя мама позвала меня к телевизору со словами: «Смотри какой хороший мальчик». Шла передача «Пока все дома» и там был сюжет о детях, которым нужны родители. Я к тому времени уже задумывалась о приемном ребенке, надежд на рождение своего не было.

На экране я увидела мальчика из Тульской области, у него была такая улыбка, совершенно завораживающая. Было видно как он стесняется, рассуждая о чем-то. «Смотри, как на Сашу похож», – сказала мама. Правда похож, и улыбка широкая-широкая. Мальчика звали Сережа, ему было 12 лет.

Вечером я показала видео с Сережей мужу, он сказал, что готов знакомиться. Мы позвонили сразу в органы опеки Тульской области, нам объяснили, что все дети находятся в лагере, на летнем отдыхе и что встретиться с ребенком можно через месяц. Мы подготовили пакет документов на гостевой режим и ждали конца лета.

Приехали мы к Сереже 1 сентября. К нам вышел мальчик, худенький, маленький, ему можно было дать максимум 9 лет. Нам сказали, что к нему уже приезжали, но кандидаты отказались. Сережа вел себя осторожно, но было видно, что рад нам.

Сережа на тот момент жил в детском доме 3,5 года. Его младшую сестру сразу после изъятия из семьи забрала к себе старшая сестра, ему было 8,5 лет, а ей 6,5. В детском доме над Сережей издевались другие ребята, заступиться было некому, защитить себя самостоятельно он не мог. Эти несправедливость, горе, обида очень сильно на него повлияли. Долгое время Сережа просто молчал, ни на что особо не реагировал, замкнулся в себе. Ему поставили диагноз легкая умственная отсталость, задержку развития. Единственный человек, который поддерживал сына в учреждении, была главврач – она искала подход, пыталась помочь.

Мы решили, что хотим взять Сережу под опеку, а пока проходим школу приемных родителей, будем брать его на гостевой режим – выходные и каникулы. Уже 2-го сентября мы пошли учиться, а первый раз в гости Сережа приехал 8-го сентября. Через 2 недели умерла моя мама, человек, благодаря которому у нас появился сын.

Старших братьев Сережа побаивался, оба были против того, чтобы он уходил в приемную семью, они были далеко и звонили ему по телефону. Мы пригласили домой нейропсихолога, который сказал, что умственной отсталости у Сережи нет, есть только педагогическая запущенность и тяжелая психологическая травма.

11-го ноября мы окончательно забрали сына домой, его рост был 130 см, в любой момент он мог замолчать и не реагировать ни на что. Так могло продолжаться 2 часа, а могло день. Это было очень тяжело, такие выпадения. За 1,5 года жизни у нас он вырос на 25 см, но боль, которая была внутри, так никуда и не ушла. До сих пор ему тяжело говорить о раннем детстве, о том, что происходило в кровной семье. Кровная мама Сережи умерла в феврале 2014 года.

Старший сын Серёжа с приёмной мамой

Мамой и папой Сережа не называет нас до сих пор, прошло почти 7 лет, как мы вместе. Но это наш сын, абсолютно наш ребенок, как он бежал к нам, раскинув руки, когда мы приезжали за ним в детский дом и кидался в объятия, этого я никогда не забуду. Мы были ему нужны тогда и сейчас, как и он нам. Сережа живет с нами, хотя получил свою квартиру. Он не готов пока быть один, полностью самостоятельно существовать.

Весной 2015 года мы с мужем были на концерте, посвященном 9-му мая, там были ребята из детских домов, показывали видео. Меня зацепил мальчик из московского детского дома. Когда глубоко погружаешься в эту тему, понимаешь, как страшно то, что происходит с этими детьми, и хочется помочь кому-то еще. Я туда позвонила, нас пригласили приехать. Оказалось, что мальчику уже 16 лет, и мы, конечно, не стали даже знакомиться, такого взрослого парня мы бы не потянули.

Но директору мы понравились и нас стали уговаривать познакомиться с мальчиком, которому 6 лет. Мы согласились, и там, в группе, еще не зная об этом, увидели нашего второго сына – Владика.

Худенький, с огромной головой и косыми глазами – так выглядел Владик. Мы напряглись, конечно, кроме этого нам сказали, что мальчик живет в детском доме с 2 месяцев. Мы ушли, муж был против, волновался из-за здоровья.

Два старших брата воспитывались в детском доме, его забрали из семьи в младенчестве, когда педиатр в поликлинике узнала, что мальчиком занимается бабушка и тетя. Мама злоупотребляла спиртными напитками. Оформить опеку на себя родственники не могли по причине совместного проживания с матерью, лишенной прав на сына.

Бабушка навещала Владика еженедельно, считала, что жить в приемной семье ему не нужно и «держала в страхе» все руководство детского дома. Позиция бабушки была такая: «Он общественный ребенок, ему и тут хорошо». Мой муж был категорически против того, чтобы постоянно быть на связи с бабушкой, а я считала, что это важно, ведь она единственный человек, которого ребенок знает с рождения.

Мы забрали Владика на выходные, бабушка приехала в гости, и с тех пор мы стали родными людьми. Она очень благодарна нам за все, что мы делаем для ее внука.

Владик переехал к нам в августе, и наша квартира превратилась в сумасшедший дом. Сереже было очень тяжело – вот родители, а вот ребенок, который их ни во что не ставит. Бесконечные истерики, ор. Мы совершили ошибку и отдали его в первый класс, конечно, нужно было еще год походить в детский сад. Но все «специалисты» говорили, что он готов к школе. Психолог позже сказала, что работать с Владом невозможно, что мы обязаны показать его психиатру.

Он не воспринимал спокойный тон, считал, что все вокруг ему должны, не понимал критических замечаний и был в бешенстве если у него что-то не получалось. В школе творился кромешный ад. Я читала все доступные книги по приемному родительству и, поддерживая друг друга, мы с мужем как-то держались, верили в хорошее.

Как его мотало по кровати, когда ложился спать. Эти самоукачивания, сосание пальца, слезы. Владику 12,5 лет, а он до сих пор укачивает себя, это не прошло. Сохраняется нарушение границ окружающих, сильная ревность к другим детям. При этом он очень ласковый, добрый парень, готовый всегда прийти на помощь.

Я поняла, что люблю его, через месяц совместной жизни. Я смотрела на него и понимала, насколько же ему сложнее, чем нам всем. Недавно Сережа ему сказал на семейном совете, когда Влад высказывал, что чем-то недоволен: «Влад, самое главное, что ты в семье». Это безумно важные слова от Сережи, через них мы услышали главное – мы стали для него семьей, которой он дорожит и ценность которой понимает.

Влад играет на саксофоне, фортепьяно, учится в музыкальной школе. Есть проблемы со зрением, ведем войны за то, чтобы всегда быть в очках.

Сейчас Владик занимается с психологом из «Арифметики добра», это огромная поддержка для него. Для всех нас. Влад легко вступает в контакт с окружающими, но его быстро становится «много» и из-за этого в школе друзей у сына нет, никто его не обижает, но вот так, чтобы общаться, играть постоянно вместе, такого тоже не сложилось.

Очень долго у нас не было ресурса взять кого-то еще. Мальчики занимали все время. Когда мы брали Сережу, все вокруг говорили: «А что такого большого?» А когда брали Владика, нас спрашивали: «А почему опять мальчика?» Мы всегда отвечали, что не выбирали. Девочку, дочку, я захотела году в 2019.

Саша мне говорил: «Посмотри на себя, какая девочка, сил не хватит». Но я видела, что хватит. Решили поговорить с мальчишками. Сережа был против, Владик согласен. Постепенно пришли к согласию со всех сторон.

Владик учился в одном классе с мальчиком Пашей, которого взяли вместе с сестрой под опеку москвичи, довольно молодая пара. Это было в 2015 году, детям было 7 лет мальчику и 8 девочке, они были изъяты из приемной семьи за жестокое обращение. Дети с очень тяжелой судьбой, изъятие из кровной семьи, потом из приемной. Мы с Сашей были знакомы с этой приемной семьей еще со школы приемных родителей.

Через год пара развелась и дети остались с приемной мамой. А вообще детьми занимался там по большей части папа, но оставили их все равно маме. И они оказались заброшены, мама на них жаловалась, ей было сложно, большую часть времени дети были одни, пока мама работает.

В конце 2018 года я узнала от нашей службы сопровождения, что Даша, приемная мама, собирается писать отказ от детей. Мы с Сашей ходили на занятия в «Арифметику добра», это стало для нас колоссальным ресурсом: лекции, психологи, знания. И я понимала, что нет ничего страшнее для детей, чем возвращение в систему из семьи.

Я договорилась о встрече с этой приемной мамой и сказала ей: «Что же ты делаешь, нужно обращаться за помощью». Детям было 12 лет Насте и 11 лет Паше. Я сказала, что буду помогать, поддерживать. Стала общаться с детьми. Девочка, Настя, мне сказала, что лучше им в детский дом, что с приемной мамой совсем плохие отношения.

Летом 2019 года Настя была у нас на даче три недели, у нас с ней сложились очень теплые отношения. Приемная мама работала сменами, ее не было ночами дома, днем она спала. Все каникулы дети проводили в лагерях, 3-4 смены подряд, ситуация лучше не становилась, по отношению к мальчику мама проявляла насилие.

Мы с мужем предложили взять Настю на дачу, на месяц, на что приемная мама предложила забрать ее на все лето. Мы согласились. 28 мая 2020 мы с Сашей забрали Настю, а потом 29 июня и ее брата.

Я позвонила Римме Лаптевой, руководителю проекта «Ресурсные родители» из «Арифметики», рассказала всю ситуацию. Я сказала, что мы готовы забрать детей насовсем, спросила, что делать. Римма и фонд все взяли на себя: переговоры с опекой, с приемной мамой. Было тяжело, сначала мама была согласна, а потом мы с мужем неожиданно стали для нее врагами.

Настя с Владиком

«Арифметика» сопровождала передачу Насти и Паши нам под опеку, минуя детский дом. Окончательно все документы были подписаны 18 сентября, дети написали, что хотят жить с нами. Бывшая приемная мама с ними не общается, везде заблокировала.

Сейчас Настя учится в 8-м классе, Паша в 6-м. Оба занимаются с психологами из «Арифметики добра».


Недавно Настя стала называть меня мама. Это было такое чудо, ведь оба сказали, что не будут так называть. А тут вдруг слышу из комнаты: «Маааам». Даже не поняла сначала. А оказывается они на занятии с психологом прорабатывали, что Настя очень хочет мне говорить «мама», но стесняется.


Паше сложнее, для него важна безопасность. Он был в таком состоянии, когда не понимаешь, зачем вообще жить, мир представлялся совершенно ужасным. Сейчас оба так изменились, просто другие лица. Видеть это, знать, что ты к этому причастен – огромное счастье.

Самое важное в приемном родительстве – это работа над собой. Потом поиск фонда, который будет помогать, государственное сопровождение не дает ничего. У нас есть клуб приемных семей, психологи, литература – это наш ресурс. Когда только появляется ребенок, важно, чтобы он оказался на первом месте, чтобы привязанность появилась, чтобы он привык. И только потом все остальное, на учебу не нужно тратить силы в самом начале. Нужно помнить, что наши дети особенные. С ними все индивидуально, с каждым нужно искать подход и постоянно верить в лучшее. А потом сидишь с ними за столом, шутишь, общаешься, и это бесценно, это прекрасно.


Когда ребенок из детского дома оказывается в семье, кажется, что все позади, все закончилось хорошо. На деле, в этот момент самое трудное только начинается – чтобы ребенок адаптировался в семье, нужна поддержка специалистов: психологов, нейропсихологов, логопедов. Часто профессиональная помощь – единственный способ избежать возврата ребенка в детский дом. В семьи, куда она не приходит вовремя, нередко приходит новая драма – возврат и вторичное сиротство.

За 2020 год психологи фонда провели 1515 семейных и индивидуальных консультаций для членов клуба приемных семей стоимостью 1 451 000 рублей. Чтобы судьба ребенка никогда не зависела от способности родителей оплатить работу психолога, наш фонд работает с приемными семьями бесплатно. Пожалуйста, поддержите работу специалистов консультационного центра благотворительным пожертвованием, чтобы помощь приемным семьям всегда приходила вовремя.

42 человек собрали:
23650 из 1450000
2 %

Поддержать работу Консультационного центра