+7 (495) 995-76-43
Русский English
ру | en

Маруся, которая изменила мамину жизнь

Автор: Вестфалл Маргарита

«Я всегда думала, что у меня будет большая семья и много детей, но вот именно этого и не случилось», – так начинает рассказ Мария, приемная мама, ведущая ресурсной группы «На равных» и тренер «Школы ведущих».

«Я вышла замуж, работала, когда решились на ребенка, узнала, что у меня есть большие сложности с рождением детей. Это был сложный период, ответов не было, одни вопросы. Я встретилась с одной очень значимой для меня женщиной, можно сказать, наставницей, чье мнение очень уважала, и она мне сказала:


А кто тебе сказал, что предназначение женщины – рожать детей? Может, у тебя какое-то другое?


После долгих раздумий стала искать организации, помогающие детям. Так в 2010 году стала волонтером в Благотворительном фонде “Волонтеры в помощь детям-сиротам” и возглавила группу, которая начала ездить в город Киржач в коррекционный интернат. Там были ребята с легкими ментальными нарушениями, многие просто педагогически запущенные. Мы проводили занятия, общались, гуляли с ними. Приезжали 1-2 раза в месяц. Я ездила туда 10 лет, огромное количество ребят стали для меня родными, и сейчас они звонят, пишут, просят помощи, приезжают в гости, помогают на даче. Спустя время благодаря волонтерской деятельности я поняла, что хотела много детей – и вот они у меня есть.

Довольно логичным после нескольких лет моей волонтерской деятельности стало наше с мужем решение стать приемными родителями. Мы записались в Школу приемных родителей, довольно быстро собрали документы, поговорили с семьей.
В жилищном плане мы зависели от моих родственников и они были против приемного ребенка, поэтому планы пришлось отложить до момента, пока у нас не появилась своя квартира.

На момент поиска ребенка на попечении фонда была девочка-отказница трех лет, у нее была инвалидность, проблемы с опорно-двигательным аппаратом. Мы с мужем с ней познакомились и готовы были подписать согласие, но куратор попросила нас отказаться, потому что у девочки был шанс уехать в приемную семью в Америку, тогда еще не вступил в силу “Закон Димы Яковлева”, и там она бы получила намного более профессиональную медицинскую помощь и условия для реабилитации, чем в России. Разумеется, в интересах ребенка мы отказались. Я верю, что у нее все сложилось наилучшим образом.

А потом в базе данных мы нашли анкету годовалой девочки Маши. Мы узнали, что она была изъята из семьи в три месяца, мама была лишена прав, но решение еще не вступило в законную силу. Нас это не испугало, потому что до этого женщину уже лишали прав на двоих детей, и она не предпринимала попыток к их возвращению.

Мы взяли направление и поехали в город Видное. Первая встреча с Марусей не была для меня каким-то сильным эмоциональным потрясением, не было слез, чувства, которое многие описывают – вот оно, мое. Я была спокойна, муж тоже. У нас не было особенных запросов, представления, каким будет наш ребенок, было странным выбирать ребенка как капусту в магазине.

Мы подержали ее на руках, вернули нянечке, потом свозили на независимое медицинское обследование и подписали согласие на принятие ребенка в семью. Правда, Маруся оказалась дома только спустя 3 месяца, в которые мы часто ездили к ней.


Маша сильно отставала в развитии, она даже не сидела. Просто такой новорожденный весом 5 килограмм в годовалом возрасте.


Звуков она никаких не издавала и речь не понимала, с ней невозможно было никак общаться. Основным советом специалистов по развитию, кроме, разумеется, массажей, прогулок, введения твердой пищи, было разговаривать с ребенком постоянно. И вот я должна была весь день с ней разговаривать, в то время как она не произносила ни звука.

Из личного дела Маруси я узнала о том, что ее 13-летний брат живет в одном из подмосковных детских домов. Мне казалось очень важным с ним связаться и рассказать ему о сестре, предложить общаться, создать между ними связь. Все таки это старший брат, я думала, что это мой долг и обязанность — сделать все, чтобы у них была возможность общаться и они были друг у друга.

По закону я, как опекун его сиблинга, имела право на встречи с Максимом. Я нашла его в социальной сети и написала сообщение, добавив, что если он не против, мы бы хотели приехать, познакомиться и общаться. Он ответил, что не против. С помощью опеки я получила официальное разрешение на посещения. Но директор детского дома очень долго была против наших встреч и отказывалась пускать меня на территорию детского дома.

Брат Маруси был изъят из семьи в 6 лет, жил в Салтыковском детском доме. Я сразу сказала ему, что принять в его семью мы не готовы, но готовы быть для него друзьями и поддержкой. Рассказала, что сейчас, конечно, с Машей ему будет неинтересно, но потом они могут стать близкими людьми и для этого нужно общаться сейчас.

Мы приезжали к Марусиному брату примерно полгода, часто звонили, узнавали как его дела. А потом он написал сообщение примерно такого содержания: “Вы знаете, я тут подумал, это, конечно здорово, что вы обо мне волнуетесь и хотите общаться, но я просто привык уже один, не приезжайте больше, пожалуйста. Я не хочу”. Я спросила, можно ли иногда писать и спрашивать, как у него дела. Максим сказал, что да. Я писала и в принципе удавалось всегда быть на связи, примерно понимая, как он. А через полгода мы снова начали встречаться.

Сейчас он бывает у нас в гостях, Маруся очень его любит и ждет. У нас не близкая, но стабильная связь.


Главное, я считаю, мне удалось – у Маруси есть старший брат, а у него есть младшая сестренка, и они оба это очень ценят.


Я всегда замечала, что Маруся отличается от других детей, она плохо чувствует свое тело, не понимает, холодно ей или слишком жарко. Долгое время дочка не показывала, что у нее болят уши, только когда барабанная перепонка разорвалась, я поняла, что у нее гнойный отит и что ее мучают страшные боли, она и сейчас слышит звуки искаженно.

На детской площадке Маруся не понимала, как качаться на каруселях, забираться по лестнице, была неловкая для своего возраста. В какой-то момент я не могла при ней доставать пылесос или фен – громкие звуки приводили ее в панику.

Когда Маша стала говорить, стали заметны еще некоторые особенности, характерные для детей с аутизмом: нарушения пространственного мышления, зависимость от ритуалов, конкретное мышление, мешающее коммуникации. Например, на фразу “все коту под хвост”, Маша спросит “какому коту?”, или недоуменно уточнит, какого цвета была пена, услышав, что кто-то доказывал свою правоту “с пеной у рта”.

Когда Марусе было 4 года, мы развелись с мужем. Она очень переживала, но я говорила, что папа просто будет жить в другом месте и останется папой, который очень ее любит. Прошло 5 лет, и в этом смысле ничего не изменилось – у Маши действительно есть папа, который ее любит, уделяет ей время и в курсе ее дел.

В школе Маруся идет по индивидуальному образовательному маршруту, но в обычной школе. В классе ей общаться трудно, она не понимает многого, о чем говорят одноклассники, им сложно с Машиными особенностями. Я очень устаю от бесконечных домашних заданий, примеров в два действия, которые у нас могут занять два часа. Я общаюсь со многими мамами с аналогичными проблемами в обучении у детей и понимаю, как сильно мне повезло иметь поддержку в проекте “На равных”.

Прошлой зимой, в январе, я прошла обучение по подготовке ведущих ресурсных групп в фонде “Арифметика добра” и уже летом набралась и открылась первая группа, где я являюсь ведущей. Эта программа, наше общение с участниками, мое обучение, взаимная поддержка, ощущение себя частью команды единомышленников – это то, что дает мне силы. Я нашла себя в этом, поняла, насколько приемным родителям нужно безопасное пространство, где можно просто рассказать, поделиться, такое, где поймут, подскажут и помогут над какими-то вещами, над которыми рыдаешь, посмеяться.

В фонде решили открывать ресурсные группы в регионах, для этого требовались тренеры по подготовке ведущих, и осенью 2021 года я стала одним из них. Я уже проводила обучение в Москве, Казани, Архангельске, Владивостоке и сейчас обучаю ведущих из Владимирской области.

Мы с командой “На равных” подготовили, обучили и перезнакомили кучу прекрасных, талантливых и полных энтузиазма людей в разных городах, и все они уже ведут свои ресурсные группы взаимопомощи для приемных родителей, а мы из “Арифметики” их курируем и подсказываем, если есть вопросы.

Маруся принесла в мою жизнь всеобъемлющее чувство любви и гармонии с миром, мы вместе уже почти 10 лет, и за это время я сильно изменилась, “выросла” и стала человеком, девиз которого звучит так: “я люблю жить и люблю людей!”».

Чтобы стать участником проекта «На равных», заполните форму для регистрации:

Ресурсная группа «На равных»

Школа ведущих ресурсных групп


Найти приемную семью – лучшее, что может случиться с ребенком, потерявшим родителей. Наш фонд занимается семейным устройством детей-сирот, обучает кандидатов в приемные родители и поддерживает семьи в периоды адаптации и кризисов. Поддерживая фонд пожертвованием, вы помогаете детям из детских домов взрослеть в заботливых и любящих семьях. 

Помогаем сиротам

Помогаем
сиротам

Помогаем сиротам НАЙТИ СВОЕ МЕСТО В ЖИЗНИ Помогаем сиротам НАЙТИ СВОЕ МЕСТО В ЖИЗНИ
Помочь детям