+7 (495) 995-76-43
Русский English
ру | en

Это наше

Автор: Вестфалл Маргарита

«Некоторые браки заключаются точно на небесах», – наверное, первое, что думаешь, когда встречаешь Андрея и Наталью. А еще: «Ничего себе, правда, так бывает, что уважение, любовь и чувство локтя, да еще так гармонично смотрятся вместе, чудеса!» Они договаривают друг за друга мысли и шутки, смеются по-доброму, бесконечно повторяют «мы», всей своей историей доказывая – это не просто слова, это образ жизни.

«Мы поженились, когда мне было 19, а Андрею 23 года. Встретились и поняли, что больше не хотим расставаться. Мы оба единственные дети у родителей, а для себя всегда хотели большую семью. Сын Максим родился через год, в 1994, а вот дочку вымаливали 10 лет. Настя родилась в 2004.

В 2014 году, когда сыну было 20, а дочке 10, мы познакомились с одной приемной мамой, у нее 8 своерожденных детей и 4 приемных. И вот она нам сказала: «Это ваше – быть приемными родителями, попробуйте».

Андрей, Наталья и дети

Мы записались в школу приемных родителей, отучились. Ни о каких конкретных детях мы не думали, разве что тогда я хотела ребенка помладше, а Андрей постарше. В начале 2015-го мы попали на день открытых дверей в московский детский дом. У нас еще даже не было заключения о возможности быть опекунами, тогда было проще, пускали тех, кто прошел обучение.

Мы встретили Семена. Ему было 11 лет. Рыжий, добрый, недоверчивый. Нам сказали, что Сема – отказник с рождения, о его матери ничего не известно. В роддоме она написала отказ, не предоставляя свои документы.

Тогда, после первого визита в детский дом, я была растеряна. Когда учились, было такое желание взять ребенка, помочь, спасти, не важно, мальчика, девочку. А тут мы увидели, как они живут: бассейн с шариками, шикарные игровые, супер ремонт, разные мероприятия, постоянные поездки. И я даже подумала: «Зачем вообще брать ребенка в семью, ведь у них тут так хорошо». А потом, со временем, с каждым новым визитом я увидела, насколько дети там одиноки. Внешне все очень правильно, они хорошо одеты, сыты, их развлекают. Но все такие потерянные, никому не нужные. Такой тупик во всем, они ничего не хотят. Потому что у них нет главного, личного внимания, ощущения исключительности и поддержки, и это то, что могут дать только родители.

У Семена была волонтерка, она с ним много лично общалась, было очень заметно, у кого из детей есть такое индивидуальное общение, встречи с кем-то извне, а у кого нет.

Семен

Мы сразу обратились в нашу опеку, Семен нам очень понравился, от Андрея он был в восторге. Сотрудники опеки предупреждали нас: умственная отсталость, 8-й вид коррекционной школы, 11 лет в детском доме, наша кровная дочка ровесница. Но нас такие аргументы не пугали. С Настей мы обсуждали, она до этого видела много детей с особенностями в развитии. Я сама монтессори-педагог и в моих группах были разные дети. Настя – открытая девочка, она хотела, чтобы мы взяли ребенка, помогли кому-то, знала и была готова, что будет трудно. Мы всегда поддерживаем её и она знает, что не останется одна.

Пока ждали заключения, ездили к Семену в гости. Внезапно нам запретили приезжать, изменился закон и теперь приходить можно было только тем, у кого есть готовые документы.

Почти год мы делали документы, чтобы забрать Семена домой. Сначала нам разрешили только гостевой режим. Мы забирали его каждые выходные и возвращали в воскресенье вечером. Для всех это было очень болезненно. Сема плакал, не хотел расставаться, а мы чувствовали, что он наш.

И вот, наконец, в мае 2016 мы забрали Семена домой. Впереди было лето, чтобы окрепнуть перед новой школой и новой жизнью. Семен постоянно поднимал на улице зажигалки, палки, стекляшки и тащил домой. Мы наблюдали, объясняли, оберегали, но резко ничего не запрещали, понимали, что Семе сложнее, чем всем нам. Всю свою жизнь он мечтал, чтобы его забрали в семью. Знакомились с ним за 11 лет всего один раз и отказались из-за особенностей здоровья. И вот он в семье, и оказывается, это не «бегать по пляжу высоко поднимая колени», как им рассказывали в детском доме.

Переодически он собирал все свои вещи и говорил, что уйдет от нас. Первое время мы были на связи с воспитателями, они рассказывали, что, когда Сема обижается, он вот так это показывает – собирает все свои вещи в кулечки и говорит, что уходит.

В самом начале он так плохо говорил, что понимала его только Настя и «переводила нам». Она его воспринимала как младшего брата, с большим терпением относилась. Агрессию Сема никогда не проявлял, только по отношению к себе, говорил, что он плохой, что ненавидит себя. Постепенно это ушло. Сейчас Семен учится в колледже на работника зеленого хозяйства, ездит сам, со всем справляется.

Через три месяца после того, как забрали Семена, в августе 2016 года, нам позвонили из школы приемных родителей и сказали, что в приюте есть двое детей, которые изъяты второй раз от матери и очень нуждаются в ресурсной семье на время суда и определения статуса.

Сема, Артем и Вика

Мы сразу поехали к ним. Артему было 9 лет, Вике 10. Мама пила, не могла выполнять свои обязанности по воспитанию. У детей была старшая сестра Валя, которой уже исполнилось 18, и она жила со своим отцом отдельно. При этом дети ее знали и она к ним приходила в приют.

В опеке сразу сказали, что через полгода суд, и сейчас мать только ограничили в правах, лишения прав может не быть, так как насилия в отношении детей не было и матери не так много нужно сделать, чтобы детей вернуть, и она добровольно согласилась на лечение. Забирать их из детского дома было бы сложнее и по просьбе Вали и матери ребят держали в приюте.

Старшая сестра заявила в опеке, что детей заберет она, что она против того, чтобы Тема и Вика пошли жить к «чужим».

В итоге, мы забрали ребят с условием, что будем готовить их к возможному возвращению в кровную семью. Было очень тяжело, ребята много пережили, впереди полная неопределенность, что такое «временно», когда тебе 9 и 10 лет? Но мы были честны, спокойны и старались дать им все, что могли за это время.

Потом все равно быт затянул, школа, домашние дела. Мы установили дежурства: по мытью посуды, уборке, уходу за домашними животными. Дети видели, что мы за них. Отстаиваем их в школе, заботимся. Они спрашивали, придет ли мама в себя или нет, а мы не знали ответа.

К моменту суда стало понятно, что Валя их забирать не будет, она ничего для этого не сделала. А мама только 1 раз позвонила, при этом сделала это очень некрасиво, просто взяла трубку, когда Вика говорила с Валей. Это был большой стресс для девочки. На суде мамы не было, мы сказали, что готовы оформить постоянную опеку, а дети сказали, что хотели бы остаться с нами навсегда, оба выступили в суде. Это был очень волнительный и сильный момент, важный для всех нас. Вика так нервничала, что оторвала козырек у кепки, все время держала его в руках. Маму лишили родительских прав, нам передали опеку.

Семен, Вика, Настя и Артем

Я помню, когда мы вышли из суда, Вика сказала мне: «Я бы хотела родиться и жить в вашей семье». После того, как все решилось, всем стало легче, началась жизнь. Стало понятно, что Валя не хотела забирать их, не собиралась этого делать. Она позвонила лишь один раз и сказала, что детям будет лучше жить с нами, и больше никогда не связь не выходила.

В нашей семье есть традиция, каждую неделю мы устраиваем «Круг». Садимся все вместе, зажигаем свечку и разговариваем. Обсуждаем обиды, даем возможность каждому сказать, что для него важно. Артем таким образом научился делиться своими чувствами, не копить негатив, который часто выливался в желание отомстить.

Это такой наш семейный совет, где можно поделиться эмоциями, получить поддержку.

За годы вместе мы научились договариваться, просить помощи и прощения. Нам очень помогает фонд «Арифметика добра», мы с Андреем ходим на группу поддержки «Ресурсные родители», ребята занимаются с психологами. У нас есть своя «община», где понимают особенности и проблемы наших детей, здесь мы всегда получаем помощь и правильные советы.

Андрей и Наталья

Мы приняли решение принять в семью еще 3-4 ребят, сняли квартиру побольше, готовим документы. Есть бюрократические проблемы, но это все решается, главное поставить цель и идти к ней.

Если бы нам пришлось еще раз начать наш путь заново, мы бы не откладывали уже принятые решения, кого и когда брать в семью, не стали бы ориентироваться на советы со стороны. Для всех, кто только планирует стать приемными родителями, у нас такой совет: прежде, чем забирать ребенка, правильным будет найти фонд, не государственную организацию, и заручиться поддержкой, чтобы не искать помощь в процессе адаптации».

Помочь детям найти семью